2001 — 2006, Часть 3: Клубы. 2003-2004 гг.

Иллюстрированная история группы «Львиная Дуля» в авторском изложении Гурыча 2004 — 2006
____________________________________________
ПРЕДЫДУЩЕЕ:
Показать текст


____________________________________________

Когда начинается скука от хорошей жизни… дрязги и брызги.

Вторая половина 2003 года ознаменовалась как плохими, так и хорошими новостями. Сначала мы лишились Брагина. Произошло это, в основном, по личным мотивам. Вспоминать это не очень хочется, просто в его случае перемешались какие-то домашние замороки и невнятные утверждения, что дульцы его игнорируют. Думаю, что он прекрасно это понимал, но просто не добирал сил противостоять всем этим проблемам. Очень жаль, он — очень хороший барабанщик, с ним отчасти связан длительный период моего вращания в тусовке (когда он играл в «Русской Правде»), да и работа над материалом пошла заметно труднее.

Впоследствии, примерно через восемь месяцев, он подошел ко мне на концерте и предложил вернуться. У нас тогда уже играл Стив, у которого тоже были свои тараканы: тогда он начал что-то говорить на тему своей профнепригодности. Мы решили вопрос так: после окончания сезона, т.е. летом Брагин начинает играть, постепенно заменяя Стива. Однако, когда сроки подошли, телефонная труба заговорила голосом Катерины, брагинской жены. Ему надо было неделю подумать. Мне сразу стало все ясно.

Второй неприятной новостью было окончательное закрытие «Ямы». Я любил иногда приезжать в это место, с точки зрения концертов оно было отстоем, но там можно было нефигово тусануться. Самой главной бедой было пиво: сплошь нелюбимые мной самые дешевые сорта, от которых вечером — изжога, а утром — похмелье.

Стив пришел к нам в начале зимы’2003. Его своеобразие было заметно сразу: черные, вороного цвета, волосы и довольно мягкая манера вести беседу, что, впрочем, не скрывало серьезного упрямства. Взялся он практически из ниоткуда. Дело было так: мы тогда репетировали в Карачарово и с этой базой связано было достаточно много. Хозяином ее был человек по имени Ваня. Со своими компаньонами они долго делили аппарат, даже разъезжались, но, в конце концов, Ваня заимел два помещения: в ДК Карачаровского Механического Завода и в подвале ресторана «Колизей», что находится на «Савеловской» в одном комплексе зданий со «Снегири рекордс». Базу в Карачарово временно закрывали и мы репетировали на «Савеловской». Во время этих метаний Ваня сам подошел к нам и сообщил, что у него есть барабанщик. Так мы обрели Стива. За барабанами он не сидел несколько лет, но пара месяцев повлияли положительно — чувак начал набирать форму.

Примерно в одно время со Стивом мы нашли клавишника. Нашел его Ларри. Мы встретились, потрещали и решили попробовать. Клавишника звали Толян, клавиатурка у него была не ахти, но он грозился прикупить более солидный агрегат. Будущее показало, что эти планы не осуществимы, хотя мы сами предлагали помочь перцу, чтобы взять приличный аппарат. Ох, уж эта долбаный отечественный похуизм! Но, с другой стороны, для нас это тоже был опыт: Толян-таки выдавал несколько разумных музыкальных идей. Хоть потом он, что называется, пропал (исчез из поля зрения), мы, по крайней мере начали понимать, что хотим от клавишника.

Клубы и вся фигня.

Практически весь 2004-й год прошел в концертах по клубам и на паре фестивалей, если не считать записи шести новых песен. Из отдельных выступлений запомнились «Точка» и «Секстон». Клуб «Точка» поразил меня трем вещами: охраняемой гримеркой, отличным сервисом и этакой витающей пустотой, складывалось впечатление, что этот клуб — неживой какой-то, просто оболочка, которую каждый музыкант должен наполнить собой. Я имею в виду вот что: в популярном и любимом клубе всегда есть некая атмосфера, постоянный контингент посетителей, знакомые лица персонала — все это создает некую «домашнюю» атмосферу, присутствие некоего «духа клуба», который в состоянии создавать настроение, даже если посетителей не так много. Нечто подобное всегда было в «Форпосте», в «Матрице», хотя, возможно, тут дело еще и в размерах — «Точка» — место не маленькое, оно, обладая определенным кредитом доверия к своему имени, тем не менее, относительно недавно существует на новом месте (на Ленинском проспекте). Может быть эти стены пока не пропитались духом тусовки… Зато там отличный аппарат и классные звукачи! Опираясь хотя бы на это, смею увериться, что у этого места все впереди. Лично я искренне желаю ему успеха.

Что же касается «Секстона», то это место как-то сразу меня расположило к себе. Во всем: в интерьере, в нехилых размерах территории Байк-Центра, в отличном меню, в некотором пафосе, в нагромождении красиво подогнанных друг к другу железок чувствуется вызов, адреналин, хотя атмосфера там большей частью спокойная. Кое-кто говорит, что там большие цены. Я их видел, они — на уровне стандартного клуба, а иной раз и дешевле (западное нефильтрованное пиво в той же «Точке» стоит дороже, чем в «Секстоне»). То же касется меню: цены на распространенные блюда примерно такие же, как и в «Швайне», еще одном любимом мною месте. Так что критики, наверное, больше привыкли к дворовым летним кафе, раз для них средний клубный уровень цен «жабу давит». Второй истеричный стереотип, распространяемый шуганными неприятелями «Секстона» — зверства и бычка его охраны. Это — полная чушь! Я мало где видел таких терпеливых людей с нашивками «секьюрити»! Однажды я наблюдал, как нейтрализовали одного посетителя. Он набрался просто в жопу! Сам он был из Мурманска, пил виски, коим пытался напоить и меня. Подойдя, он каким-то странным пьяным полушепотом долго докапывался, почему в Байк-Центр нельзя приехать в своих цветах. Я ответил ему, что этот вопрос надо адресовать мемберам клуба. Потом этот человек приметил двух симпатичных девиц и, изрядно шатаясь, пошел к ним. Надо сказать, что разило от него просто кошмарно, поэтому нет ничего удивительного в том, что девицы его тут же отшили. Но чел продолжал их грузить, так что охраннику пришлось его дважды предупредить и попросить искать другого общества. Немного погуляв в стороне, пьяный герой опять взял курс на женский столик. Все остальное было проведено очень быстро: охранник отвел его за колонну, где они меньше привлекали внимание, непонятным мне движением нейтрализовал буяна и, взяв за жилетку, вытащил его вон. Все было тихо и грамотно. По крайней мере, алкан не испортил никому вечер, учитывая то, что на словесные предупреждения он просто не реагировал. Но, такие вещи в «Секстоне» — редкость.

Еще одно известное место в Москве — «Р-клуб», практически единственное заведение, которое своей клубной политикой избрало рок-музыку. Скажу как на духу, отношение к клубу неодозначное и временами менялось. Когда клуб переехал с Таллалихина в 4-й Рощинский (между этим Саша Трофимов, директор, побыл арт-директором в «Ю-ту»), первое, что говорили мне знакомые музыканты: аппаратура в клубе — полное говно. Выступив там пару раз, я пришел к несколько другому выводу: за звук надо бороться. Заключалось это в более тщательной настройке и еще в одной детали — я всегда перед концертом давал денег звукарю, чтобы он сидел на месте, а не шлялся к бару. Сумма была небольшой, в современном исчислении порядка 100-200 рублей, но, знаете, звук был заметно лучше! Этому «приему» меня научил Тарас Чучман («Русская Правда»), который, к слову сказать, сменил в «Ю-ту» Трофимова, о чем я уже писал ранее. Правда, когда Трофимов взял на работу бригаду из нескольких звукачей (или кого у них там), включавших, в частности пару девиц, тогда я перестал давать деньги на пульт. В самом деле, неудобно давать взятку даме, что она подумает? Но, в общем-то, звук в «Р-клубе» всегда был средненьким. При этом стоит заметить, что место это — не суперкрутой ночной клуб хай-класса, а место с входом 150-200 рублей. По-моему, для расколбаса хватит и такого звука. Тем более, что везде есть понятие бюджета, а, вспоминая, что политика клуба в отношении выступающих достаточно демократична, можно уловить некий разумный баланс: либо платите серьезные деньги, слушаете только ИМЕНА на супераппарате, но при этом молодые команды лишаются возможности играть в принципе, или будет как есть: средний аппарат(хороший и новый стоит БОЛЬШИХ денег, а где их взять, если подавляющее большинство выступающих — молодняк?), средний ассортимент выступающих, перемежаемый известными командами по «хорошим» дням, дабы отбить аренду и зарплату клуба. Саша Трофимов в этом деле — молодец, потому что не забывает про молодежь, а для некоторых стилей (что-то тяжелое например) «Р-клуб» — одно из немногих мест для выступлений. В том же «Б-2», например, политика проста: только известные команды. «Бункер»(хозяин тот же, что и у «Б-2») вообще прекратил практику концертов по будням, когда там могли выступить менее известные группы.

Вообще, клубы в Москве, в которых теоретически можно играть, подразделяются на:

1. лоховские приличные жральни — клубы-рестораны с живой музыкой. Там играют что-то нейтрально-ненавязчивое: джазок, латинос, блюзец, приличную акустику. Располагаются чаще в центре города или вдоль «крутых» магистралей.

2. нормальные клубы-рестораны — места типа «Секстона» или «Швайна», где есть некая изюминка: руководства этих мест пускают играть рокеров, терпят веселую бузу, даже при наличии табличек «фейс-контроль» не пущают только откровенно пьяных, грязных персонажей и людей в спортивных костюмах.

3. посредственные жральни — от хороших пивных до средненьких кафе. В них проводят всякие конкурсы караоке, а, бывает, что играют очень даже нормальные группы. Пример: пивная «Золотая Вобла», где выступали «Бахыт-Компот», Лаэртский и т.п.

4. гопожральни — жральни типа закусочных или посредственных ресторанчиков, часто совмещенные с гоподискотеками. В них играют барды-шансонье, коллективы «лабухов», поющих под минусовку караочного типа и под мелодии, загруженные в пару синтезаторов. В свою очередь делятся на «нерусские» и все остальные. Располагаются в «спальных» районах, рядом с рынками, на непрестижных окраинах.

5. собственно клубы — места с относительно небольшим меню (хотя, этого может и не быть), баром, отдельным концертным залом, наличием арт-директора, составляющего программу. Под это понятие можно подогнать тот же «Р-клуб», «Вермель»(хотя сам он именуется баром), «Матрицу» или почившие клубы: «Авалон» и «Форпост». Располагаются вблизи станций метро, но больше половины находится внутри Садового кольца.

Неприятно запомнился ныне закрытый клуб «Авалон», находившийся в районе метро «Ботанический Сад». «В районе» — очень точно сказано: от метро пешком надо было переть минут пятнадцать быстрым шагом или ехать от «ВДНХ» шесть остановок на трамвае. Пройдя от трамвая метров двести, попадаешь в ворота, за которыми находится клуб. На той же территории стояли какие-то ангары, шиномонтаж и прочее. Первое, что бросалось в глаза — отделка камнем-окатышем, что давно уже является дурновкусием — так сейчас отделывают разве что кафешки на обочине МКАД и подпорные стенки у тех, кто пожидился на нормальный камень вроде сланца. Зал располагался на втором этаже, выглядел он с некоторой претензией на средневековье, о чем давали знать колонны, балки под потолком, деревянные столы и скромное декоративное оформление. Но вот с обслуживанием там была полная жопа. Во-первых, с наших гостей немедленно попытались взять денег, аргументируя это тем, что никаких списков у них обычно нет. На это я им ответил, что мы обычно не играем в местах с подобными порядками и можем развернуться прямо сейчас. Вопрос был замят быстро, но, как сказано гением, «говно никогда не приходит одно, оно приводит с собою друзей»: следующим сюрпризом было то, что другие выступающие группы не прибыли. Мы должны были выступать третьими. Есть среди пионеров-рокеров такой тупой ход: когда команда не хочет выступать первой — у нее «неожиданно очень опаздывает» кто-то из музыкантов, а то и вся команда не приезжает. Мероприятие в «Авалоне» именовалось фестивалем и выглядело спустя полчаса типичной подставой: не приехали вовремя четыре группы из шести! Прибежал какой-то местный админ и начал выебываться на тему нашего выхода на сцену первыми. Получив категорический отказ, он направился к «Nazgul Band» и уговорил их. Пока перцы настраивались, я пошел осмотреть бар. Оказалось, что организаторы фестиваля вообще не завезли разливного пива! В баре присутствовали три сорта: «Балтика № 3», «Три богатыря» и «Клинское» — дешевые, дрянные и нелюбимые мной. Дешевые — понятие относительное, потому что банка пива стоила 70-80 рублей! К тому же оно было теплым! То есть первый вывод напросился сам: никто в этом клубе ВООБЩЕ НЕ ГОТОВИЛСЯ к мероприятию. Когда Назгул с бандой отыграли добрый час и закончили — я убедился в этом выводе окончательно: прибыли первые музыканты (типа посмотреть, играет ли кто-то уже или нет) других команд, но ни одна группа по-прежнему не была в сборе. Тогда мы плюнули на все и пошли на сцену бузить. Первое, что поразило — полностью отсутствуют мониторы. На вопрос, где же, япона мать, эта сраная электроника, возмущенный звукач пробормотал, что мониторная линия сгорела на прошлой неделе! На вопрос, какого хуя он чешет яйца целую неделю, ему просто нечего было сказать!

Но приколы еще не закончились. После нашего выступления (еще час времени) оказалось, что остальных команд по-прежнему нет! Админ опять пошел к Назгулу, поняв, что к нам ему лучше вообще не подходить. «Nazgul Band» опять поднялись на сцену и заиграли опять ту же программу, что и два часа назад. Где-то на середине их урезали — прибыли, наконец, какие-то пионеры, оказавшиеся на редкость плохой копией Guano Apes. В общем, еще минут через десять такой радости мы плюнули на все окончательно и поехали по домам — настроение, испорченное клубом, поддерживалось только собственным энтузиазмом и неприличными шутками.

В мае постепенно клубы пустеют — сказывается потепление погоды, начало купального сезона и прочие радости конца весны-лета. Некоторые клубы на лето вообще закрываются, другие сокращают программу. Тот же «Запасник», к примеру, летом практикует заведомую попсу. Мы в начале лета 2004 зависали в «Матрице» — довольно милом месте, типичном московском подвале, превращенном в небольшой клуб. Он закрылся на две недели раньше запланированного именно по этой причине — летом посещаемость снизилась на порядок.

Но главная беда небольших клубов — невозможность организовать, скажем, хороший фестиваль с участием известных музыкантов, привлечь много зрителей, провести именно массовое мероприятие, хотя посещаемость в клубах стабильностью не отличается и зависит от «имен», выступающих там. Дело в том, что в небольших клубах нет денег на это, потому что нет столько мест, с которых можно собрать искомую сумму гонорара известным группам. Да и не только в этом дело: арт-директора и начальство предпочитают не рисковать, не вкладывать серьезные средства в шоу, потому что с их точки зрения более стабильный доход принесет лишний десяток столов. Очень показательна в этом смысле судьба знаменитого ДК Горбунова. Это достаточно большой зал, но концерты отечественных рокеров там весьма нерегулярны, а вопрос об организации там клуба или подобной шоу-организации, постоянно работающей с нашей рок-музыкой вообще не стоит!

Что такое концерт на подобной площадке? Для этого надо, как минимум, пять-десять тысяч долларов, при этом, взяв в расчет, скажем две тысячи зрителей, мы понимаем, что, продавая билеты по 300 рублей, за вычетом расходов на аренду, гонораров музыкантам, рекламу выручка составит пару тысяч, а то и меньше. А если цена билета будет 200… Любому владельцу клуба действительно гораздо выгоднее купить несколько дополнительных столов, потому что стол, в отличие от зрителя, не капризен, приносит доход многократно и не зависимо от повода для публики. Так что, думаю, среднего уровня фестивали, подобные тем, что были в начале 90-х, более проходить не будут — не рентабельно это. Исключение могут составить мероприятия, аналогичные крупным байк-слетам, когда в процессе участвуют много сторон, вкладывающихся в это дело: организаторы, спонсоры, торговцы напитками, сувенирами и пр. Но — на таких фестивалях число зрителей измеряется десятками тысяч, серьезной арендной платы устроители не платят, охрана обычно состоит из мемберов клуба-организатора. Это, по размаху, извините, не ночной клуб. Но и не ежедневное шоу, на котором могут выступить все желающие, в программу надо еще попасть!

Именно поэтому клубы — тупик, из них нет выхода. Более того, большинство клубов давно уже перестали делать элементарную рекламу концертов, ограничиваясь афишей на сайте. Жральни же рекламу не делают никогда — им и так нормально. Резон прост: бумажные афиши с расклейкой стоят минимум сто, а то и двести долларов. Плюс флаера — еще сотка, если хорошего качества. Делайте выводы — триста долларов пустых расходов. Пустых — потому что аудитория в сто-триста человек не оправдает вложений (реклама плюс гонорар). К тому же при такой схеме работы молодые музыканты искренне заинтересованы именно в рекламе своего выступления. Единственное, чего я никак не могу понять, почему в большинстве мест, приглашая серьезную команду, арт-директора не вставляют в программу пару молодых, ибо последние жопу на свастики порвут ради рекламы? Наверное именно этим музыкальный клуб и отличается от жральни: одним — музыкальная программа, другим — часок живой музыки для пищеварения.
Как бы там ни было, но «Львиная Дуля» периодически играет в клубах. Ибо где ж еще…

Дмитрий Гурыч, 2005.
____________________________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ:
2001 — 2006, Часть 4: Почему развалился третий состав