2001 — 2006, Часть 1: Друзья и так себе — хроника некоторых событий

Иллюстрированная история группы «Львиная Дуля» в авторском изложении Гурыча 2004 — 2006
____________________________________________
ПРЕДЫДУЩЕЕ:
Показать текст


____________________________________________

Новый состав.

Так уж совпало, что жизнь «Дули» практически непрерывно была связана с «Русской Правдой» и Джеком, который на последнем году существования старого дульского состава собрал-таки «Медведь Шатунъ» и выпустил его на сцену. До этого момента единственным релизом джековского проекта стал альбом «Я здесь», писавшийся более двух лет и собравший в себе участие практически всех знакомых музыкантов. На вкладке в кассету в списке «Шатуна» у него значились: Артем Аматуни, Саша Фабер, оба дульских басиста, мосье Кукушкиндтт и другие. По поводу последней и наиболее гремучей песни «Нарожала Мать-Природа Дураков» тут же пошла шутка, что на самом деле ее записал проект «Джек И Львиная Дуля», потому что все ее партии, кроме синтезированных барабанов были прописаны дульцами. Но факт остается фактом: группу Джек таки собрал. Музыка «М.Ш.» мне всегда напоминала «Алису» в ля-миноре, но звучало все очень здорово, хоть концерты и не отличались стабильностью исполнения: бывало очень хорошо, но бывала и полная жопа. Зато удовольствия от таких всплесков получаешь через край: чувствуется главное — искренность и желание. Существенным недостатком группы были аранжировки: Джек требовал от музыкантов соответствия куплетов и припевов «акустической» версии, аранжировались по сути только проигрыши и соло, что делало песни отчасти похожими между собой, при этом иногда создавалось впечатление, что вставками соло и проигрышей композиции просто доводились до электрического звучания. Впоследствии Роман Корсунский, бывший басистом в «Шатуне», подтвердил мне именно это.

В «Русской Правде» тоже было не все хорошо. Тарас с некоторых пор стал работать арт-директором клуба «Ю-ту», располагавшемся в кинотеатре «Балтика». Как говорили, он «подсидел» там Трофимова, но я отношу это утверждение к пустым слухам из серии «кто больше ворует». Однажды я услышал такую историю: как-то «Русская Правда» собралась на пьянку в комнату, которая была тарасовским кабинетом в «Ю-ту». Спиртное лилось рекой, понятно, что напились здорово. На столе в какой-то вазе лежали какие-то деньги в рублях и долларах. Короче, из этой кучи пропала некая приличная сумма. В краже, якобы, обвинили… жену барабанщика, которая утверждала, что ее в тот день вообще не было в клубе. Обвинения не подтвердились. В результате скандала Александр Брагин ушел из группы и больше в нее не вернулся. Еще ранее из группы был уволен гитарист Дед Матвей — за беспробудное пьянство.

Попытка первого электрического проекта после распада «Дули» в качестве идеи родилась в разговоре с Матвеем, когда высказалась мысль, что неплохо было бы сделать пародийную группу. Однако, он не сложился по причине стойкой приверженности Матвея к пьянству, с которым мне бороться совершенно не хотелось. Тем не менее, Матвей подал здравую мысль: обратиться к Брагину, что я и сделал. Брагин согласился практически сразу. Здесь надо сказать, что барабанщик он очень хороший, в первую очередь тем, что при игре у него стойко варит чердак: даже если он собьется из-за чрезмерно сложной импровизации — вывернется по-любому.

Второй музыкант нашелся сам собой. Так уж получилось, что в группе «Медведь Шатунъ» наступили проблемы, которые, в конечном счете, привели к распаду коллектива из-за внутренних разногласий. Всей этой бодяги я не знаю, так что предположений строить не буду. Один факт известен точно: именно в это время гитарист «Шатуна» Женя Данильченко подался на прослушивание к «Земфире» и сопровождалось это примерно следующим: фактически уходя он заявил Джеку: если меня, мол, там не примут — я вернусь назад. Его не приняли, а Джек его за всю эту ботву тоже на хуй послал. И правильно: нечего крутить тазом и перед нашими, и перед вашими. Последний концерт проходил в клубе «Форпост». Именно там, после концерта, ко мне подсел басист «Шатуна» Роман Корсунский и предложил свои услуги в качестве гитариста. Гитарой, надо сказать, он владеет лучше, чем басом. Что особенно вдохновляло, оба перца — и Брагин, и Корсунский — когда-то еще и играли вместе в коллективе с названием «Реставрация». Записей этого коллектива я никогда не слышал, так что не мне судить о нем. Тем не менее костяк стал складываться даже быстрее, чем я ожидал.

С басистом возникли серьезные проблемы. Практически все имеющиеся кандидаты пролетали или были заняты. Как это ни было смешно, но нам пришлось воспользоваться объявлениями. Есть в Москве такая странная контора(состоящая из одного человека) — «Московская Музыкальная Биржа», которая, впрочем, мне иногда помогала с музыкантами. Суть ее работы: прием бесплатных объявлений и продажа информации в виде распечаток соискателям за деньги. Недостаток — очень много устаревшей информации, буквально годичной давности, а то и трехлетней, которая исправляется от случая к случаю! Учитывая, что распечатки стоят достаточно дорого, тамошнему админу (админше) стоило бы следить за обновлением базы данных, потому что после тринадцатого «глухого» номера мне просто надоело звонить дальше, пришлось себя заставлять. По крайней мере, объявление, размещенное нашим будущим басистом висело там более года, причем мы были первыми, кто ему позвонил! Такие дела…

Андрей Семенов сразу начал с выпендрежа: я, типа, с вами договариваться не буду, так просто пока поиграю и ничего не буду обещать. Сказано — сделано, только до сих пор он в составе и я безумно рад, что познакомился с таким классным человеком! Это просто генератор идей и всяких нелегких дурачеств, с которым интересно и весело! Хотя, при первом знакомстве особого впечатления не произвел — видок у него был явно не рок-н-ролльный, скорее — цивильно-альтернативный. Но при этом он сразу показал себя здраво-трезвомыслящим человеком, что среди музыкантов — вопиющая редкость. В принципе, на этом и сошлись. Нашли репетиционную базу(приборостроительный техникум на «Нахимовском проспекте») и погнали.

Начинали с простых песен — с трехаккордного рок-н-ролла «Скамейкер». Я всегда удивлялся вот чему: большинство музыкантов при образовании нового состава ведут себя просто по-свински — придут на репу, врубят гитарки и ждут чего-то. Причем заявы такие: типа хотим сразу крутой музон играть. При этом — не сыграны, песен готовых нет! На предложение начать с трех аккордов крутят носиками, мудацки выводя «фи». На деле устроят крутую какофонию из обрывков прошлого опыта(у всех — разного) и разъедутся навсегда. Ну не мудаки ли? Я «Дуле» сразу сказал: начинаем с примитива. Это дало время притереться и заложило один из главных принципов творчества: начинай с простого. Потом, когда мы поняли, кто на что способен как музыкант и человек, только тогда начались серьезные эксперименты, года через полтора. Да и кое-какой быт нужно утрясти: для систематических репетиций необходимо время, которое отнимаешь «от дома, от семьи». Кроме того, музыкальные инструменты имеют определенный вес, который систематически таскаешь на себе. Тот же Брагин таскал с собой здоровенный полосатый баул(такие торговцы на рынках частенько используют), набитый всякой всячиной для барабанов и весила эта дурень очень немало. Лучше всех в этом плане мне — микрофон, пара шнуров, папка с текстами, иногда — пюпитр.

Что такое фестиваль и хто такое клубы.

Первый концерт был дан в 2002-м году в «Форпосте», до сих пор у меня где-то есть запись оттуда. Было сыровато, но дело пошло. Труднее оказалось другое: за последние пять лет музыкальные понятия о концертах изменились кардинально. Сегодня, к примеру, словом «фестиваль» называют или стараются назвать практически любой концерт с числом групп-участниц больше восьми. Я имею в виду, конечно же, клубную сцену. Происходит это из-за того, что концерт в клубе стал очень распространенным явлением, групп очень много и далеко не все отмечены нормальной посещаемостью. Поэтому организаторы набивают их в большие обоймы по двум причинам: максимально набить клуб и использовать большое количество групп в качестве бесплатной рекламы, учитывая, что клубы практически полностью отказались от серьезных объемов настенно-наглядной рекламы и их максимумом является афиша в интернете. А раз есть концерт с большим количеством участников, то к нему вполне можно присобачить вывеску «фестиваль чего-то». Более того, в последнее время часто проходят т.н. «пати», посвященные каким-то известным группам — H.I.M., Metallica, Prodigy и т.п., от которых лично меня тошнит: не люблю я, когда выделываются «под кого-то». Еще одно уродливое явление — низкопробные по организации фестивальчики популярных молодежных направлений типа какого-нибудь ска-панка(это когда в сопливые группы не умеющие играть добавляются духовые или «дудки», тусняк обжирается дешевого пива и водки и колбасится под музыку из дерьмового аппарата).

То есть тусовка музыкальных фэнов давно расколота на непересекающиеся фракции, причем главная задача этих фракций — максимально раздробить и растащить публику по таким концертикам. Соответственно — почти полностью исчезли фестивали среднего уровня(на 2-5 тыс. человек), потому что для их проведения как раз и нужна серьезная рекламная поддержка, для них требуется некоторое количество охраны(не пара-пяток человек, как в клубе), для этого нужно помещение, а это уже — аренда. Клуб же проще — он есть, надо только договориться с арт-директором. Именно поэтому имеется парадокс — у нас нет и групп «среднего звена»! Команды, которым повезло с вниманием шоу-воротил чаще всего скачут сразу на большие площадки, в телевизор. Удел остальных — клубы. Середины нет, сравнимой с так называемой «независимой музыкальной индустрией» Запада, где небольшие муз. фирмы занимаются небольшими командами. То есть из самодеятельных мероприятий все больше и больше исчезает понятие праздника, сейчас такое можно встретить разве что на байкерских летних фестивалях. Андеграунд также расколот на команды с именами(типа «Монгол-Шуудан», например) и оставшуюся кучу локально известных коллективов.

То есть возникает парадокс: группа приходит в клуб за концертами, администрация требует определенной посещаемости, а зрителю просто негде узнать о группе, потому что нет более менее крупных фестивалей(не путать с упомянутыми концертами с восемью участниками!), доступных клубным командам, потому что нет соответствующей прессы, у кого-то нет даже сайта. В такой ситуации не спасет и запись альбома, потому что его надо еще распространить (продать). Поэтому весь наш маленький подвальный рок-шоу-бизнес старается держаться тусовкой хотя бы на руководящем уровне, учитывая, что «низы» растаскиваются по концертам согласно неформальной принадлежности к определенному стилю. Проще говоря, все друг друга знают и если группа «Фиолетовая табуретка» нигде себя не проявила, то хрен она попадет на тот же байк-фест! Самое плохое то, что вместе с фестивалями прошлых лет, устраиваемых энтузиастами в арендованных кинотеатрах пропало чувство радости при выносе продукта на публику, возникло понятие «отработать», сформировалось понятие «клубная музыка» как нечто средне-стилистическое, набор групп, песен «под пиво». И, что самое паскудное, перспектив на лучшее нет: клубный бизнес не расчитывает вкладывать средства в музыкантов, в специальные мероприятия за пределами клуба, это — раковина, в которой варятся в своем соку все — музыканты, зрители, хозяева, администрация.

В справедливости вышесказанного мы убедились в первый же год существования этого состава. Любой клуб — просто площадка, не более, за редким исключением это — исключительно пустое пространство, куда постоянно отдаешь и отдаешь энергию. За пару лет клубы способны морально потрепать самый стойкий состав. Поэтому основными вехами группа избрала три вещи: крупные фестивали, запись и последующее ее продвижение и работу с полезными контактами. Клубы в этом случае являются исключительно подспорьем в смысле обкатки новых песен, концертов для тусовки, каких-то памятных дат, концертов с дружественными группами.

Летом 2003 года группа совершенно неожиданно попала в серию летних мероприятий, так или иначе связанных с мотоциклом. Однако, поподробнее.

Яхрома или нахуй такие друзья.

Началось все с поездки в Яхрому на открытие горнолыжного (в мае!!!) курорта. Один мой знакомый, больше чем шапочный, но до приятеля не дотянет, пригласил нас выступить на данном мероприятии. Как я понимаю, он решил попросту сэкономить на приглашении не известных лично ему коллективов (скидок не будет), причем в процессе называл имена как минимум пяти известных команд, из которых в результате не приехал никто! Как потом выяснилось, он им никакого гонорара не предлагал, даже оплаты проезда! Мы решили совместить концертирование с отдыхом на природе и все же поехали. Сначала нам не прислали обещанную машину на станцию. К тому же часть музыкантов была еще в пути. Спустя час или два пришла легковушка, в которую мы запихнули инструменты, но сами влезли лишь частично. Оставшиеся поехали на громыхающей маршрутке, конечная которой находилась километрах в трех от места, пришлось топать пешком по местной пыльной дороге.

По прибытии тут же возник вопрос с гримеркой, о которой просто никто не позаботился. С грехом пополам положили пожитки в пустующий офис. Сцена оказалась сколоченной из струганных досок — простой параллепипед, без каких бы то ни было кулис и порталов. Аппарат был на троечку, но совместными усилиями музыкантов и японой матери удалось довести звук до тройки с двумя плюсами. Правда для этого пришлось выгнать со сцены двоих прыгающих придурков в каких-то рекламных майках и бейсболках, которые все время что-то рекламировали и периодически гнали туфту про море пива и горы шашлыка.

Отыграли часовую программу. Выгнанные опять запрыгали по сцене. Вот тогда-то мы и просекли: никого из музыкантов больше нет! Мяса нам тоже не дали, его просто не оказалось! Да и со зрителями было не ахти — человек тридцать гопников, то ли зрителей, то ли «типа охранников», из которых половина, с трудом ворочая языком, пыталась невнятно наезжать на «пидарасов-москвичей», которые «нахуя вообче сюды приехали». Один гопник доебался до Семенова и тот ему пообещал пиздюлей. Услышав знакомое слово, гопник призадумался и сказал, что мы — нормальные пацаны. На этом и порешили. Больше в этот день ничего примечательного не произошло. На тобогане кататься как-то не хотелось. В местном тире стрелять — тоже, потому что тир был занятным: небольшая площадка примерно 5 х 5 метров, почти очищенная от повсеместного строительного мусора, на ней была натянута сетка. К сетке привязаны пустые пластиковые бутылки, какие-то линялые пластмассовые игрушки, пара воздушных шаров. В ЭТО надо было стрелять за 20 руб./выстрел! Насчет призов не знаю, я их не видел. Тиром заведовала какая-то мятая тетка, которая параллельно разливала пиво — три сорта: «Клинское», «Ярпиво» и «Афанасий».

Обещанный «Фестиваль Пива» начинал походить на столь дешевый барчишко, у которого нет даже помещения, поэтому разливочные средства просто вынесли на улицу! Такое впечатление сложилось по двум причинам: три сорта пива разных производителей, но ни один из производителей не был представлен хотя бы двумя сортами. И второе: не было практически никакой наглядной рекламы пива кроме этих вечных зонтиков с надписью «Клинское», как в дешевом уличном кафе. То есть хитрые организаторы поступили по принципу концертов с восемью участниками, названными фестивалями: купили по паре кегов разного пивка где-то на оптовой точке и обозвали свое горе-мероприятие Фестивалем Пива. Все это здорово напоминало афиши: «В нашем Угрюмовске выступает настоящий индийский факир Петя Иванов, за пианином — Ростропович, в буфете — Мерилин Монро».

Короче, как-то быстро засобирались мы. К нам подошел, смущаясь(те кидалы, которые называют себя твоими друзьями, когда ты им нужен, всегда смущаются перед тем, как сделать гадость) один из администраторов и сказал, что открытие сезона Федерации стрит-рейсинга, на которое мы, собственно, ехали… состоится завтра! И с наглой рожей предложил выступить и на следующий день. Офигев от такой наглости, мы отказались наотрез. Далее прибежал наш знакомый и стал уговаривать, убеждая, что уж завтра-то всего будет вдоволь: и мяса, и пива, и зрелищ. Все решило предложение оставить инструменты до завтра у них — тащить их было тяжеловато. Да и было бы обидно пропустить то, ради чего мы приезжали.

На следующий день был полный отстой, который начался прямо сразу. По прибытии нас встретил какой-то нервный гений, который тут же попытался припахать музыкантов к перевозке пиворазливочных средств. Ему вежливо ответили, что его гопников и так дохуя. Тогда он разволновался и сказал, что в этом случае мы не будем выступать на поле, где должно было проводиться шоу, чем привел нас в буйный восторг! Ответом ему было: мы уже выступили, а теперь приехали жрать мясо и пить наше пиво! Сказать ему было нечего и он выдавил, что тогда нам не дадут машину в обратный путь, на что мы возразили, что ее и на пути сюда как-то не попалось. Короче, препирательство кончилось тем, что опять прибежал наш знакомый и начал что-то гундеть. Местный персонал так варварски грузил аппарат, что мы решили помочь его хозяину, который и так был в некоторой печали: на поле не было сцены и аппаратуру предстояло поставить прямо на землю, запитав ее буквально от электрического столба! То, что нас в принципе никто не спросил о том, будем мы вообще играть второй раз или нет (остальные команды не приехали и на этот день!) — воспринималась уже как тупая шутка и глупое приключение из серии: ну что еще придумаете, дорогие друзья!

Картина на поле была такова: перегороженная ментами асфальтовая дорога(полоса туда, полоса обратно), человек двести-триста народу вокруг, причем, судя по числу выступающих, смею предположить, что «толпа» эта из них же и состояла процентов на шестьдесят. В сторонке расставили аппарат, под который нашли какие-то поддоны, покрытые целлофаном. Вокруг шныряли какие-то таджики. Рядом расположились несколько столов, образовав импровизированный прилавок. Другие столы, который было попросту мало, поодаль, предназначались для зрителей. Обещанные горы шашлыка уместились в трех* ведрах. Увидев мясо, я пошел осведомиться, где наша доля. Оказалось, что надо ждать еще какую-то тетку, которая всем распоряжается(!), потому что без нее они и торговать не будут! Это вечное русское слово «попозже»! Тетка появилась через час, когда вовсю шли приготовления к заездам и выдала еще перл: мясо получите только после выступления! Сечете? Как будто мы — какие-то гастарбайтеры и пока не построим говноотвод, не получим своих золотарных гор.

*Примечание:
Показать текст

Все решило то, что на поле приехала хоть какая-то публика, которую было бы неправильно оставить вообще без концерта. Аппарат этот годился для клуба, но в чистом поле, без стен, отражающих звук, последний уходил просто в воздух и, в целом, был чистым(для чистого поля), но и не ахти каким громким. Так что зрителям пришлось подтянуться в пространство между дорогой и нами и вертеть головами туда-сюда. Где-то посередине концерта пошел дождь, минут на десять, так что колонки замотали пленкой. Шороху добавил еще ведущий шоу, который сказал, что мы должны играть во время заездов, но не должны — во время объявлений оных. С этим предложением он был послан подальше: ты, парень, дескать, умный и придумаешь что-нибудь, чтобы заезды были ровно длиной в песню. Когда же мы начали играть, он сам увидел, что сел в лужу: машины исчезали из виду довольно быстро(дорога переваливала через холм) и до объявления итогов был еще вагон времени. Эту паузу мы и заполнили, причем, когда этот крендель попытался нас перекрикивать — перешли на неприличный репертуар, чем привели в неописуемую радость местных байкеров из Дмитрова. После концерта они подходили и предлагали сотрудничество: мы к ним, а они — к нам. Договорились, хотя продолжения это не получило.

Следующий прикол состоял в выступлении Петра Красова, который поехал с нами, потому что наш странный местный друган накануне заныл: привезите еще кого-то. Я Красова предостерегал, но всем творческим людям свойственен некий мозговой мазохизм, так что он все равно поехал. Выйдя на «сцену», поросшую репейником, Красов врубил гитару и… ничего. Звукарь, видите ли, ушел пить пиво! Покрутив ручки, Петя добился нужного эффекта: микрофон завелся и звукарь немедленно был найден по крикам «еб вашу мать», хотя настроил все еще хуже. Когда Красов заиграл и запел, обнаружилось, что и гитара, и микрофон издают какой-то низкий гул, напоминающий песню. Покрутили ручки, на этот раз сами. Голос появился, гитара — нет. Звукаря заставили вернуться, приказали не трогать голос и искать гитару, которая то находилась, то нет. А, надо сказать, песни у Красова отличные, правда, несколько загруженные и комплексанутые, напоминая Науменко. Жаль, что в итоге звук на нем был совершенно сраным.

Приколы на этом не закончились. После выступления дошла очередь до мяса. Вышеуказанная тетка появилась, ее лицо и тон разговора выражали презрение к халявщикам. Вначале нам выдали по пластиковой тарелке, полной каких-то жареных тараканов — я понимаю, что именно тараканами это не было, но было чем-то похожим: куски чьей-то плоти, явно снятые с краев шампуров, где мясо подгорало и недожаривалось, а размеры оных кусков были просто смехотворны. Такое диво обычно остается на дне ведра в самом конце, когда все нормальные куски уже выбраны, шашлычники меня поймут! Тут уже я не выдержал, наехал и на тетку, и на персонал. Шашлык был заменен, причем свинина оказалась курицей! Я понимаю, что это все — мелочи, но не тогда, когда ты играешь у «друзей» и не тогда, когда тебе просто хамят и врут всю дорогу. Колоритно шашлык раскладывался. Сначала принесли тарелки с явно разным количеством и бармен стал прямо пальцами, которыми он разливал пиво и хватался за что попало, брать мясо и перекладывать по тарелкам. Ему указали на это, он смутился, продал этот шашлык кому-то из зрителей, а нам принес новый. Потом опять появилась тетка и сказала, чтобы мы этот шашлык пока не ели, потому что ей нужно его посчитать(!) и записать в ведомость(!!!) и что пока мы, о, счастье, можем выпить по бокалу пива!

Чертовски парадоксальная ситуация: пиво пей, но мясо не ешь! Но и это еще не все! Красов закончил играть и тоже пришел за мясом, которого ему не дали, аргументировав сие тем, что «вас нет в ведомости»! Возражения, что зато он есть на сцене не возымели никакого действия. Препираться же мы не хотели, потому что из области экстремальных шуток процесс перетекал уже в банальные дрязги, мы попросту поделились с Красовым своим. А затем достали деньги из собственных карманов и поспешили к торговым местам, потому что помнили, что третьего ведра с мясом, согласно местным традициям, могло и не оказаться, да и с пивом начали твориться какие-то проблемы: оно кончалось, а запасные кеги не подвезли. Ездили за ними больше часа(до «курорта» было километра два), так что сомневаюсь, что пиво вообще было запасено, скорее всего эти кеги просто где-то докупали прямо в процессе мероприятия.

Зачем я все это написал и надо ли было это делать вообще? Надо. Я считаю, что это мероприятие сразу и напрочь убило в наших музыкантах безусловно опасное и вредное чувство «дружбанства»-«братковства», когда тебе предлагают играть без заранее определенных условий, без минимума комфорта, когда твои интересы просто игнорируются с самого начала под предлогом «свои люди — сочтемся». Это почти всегда плохо заканчивается: наплевательством и недовольством. К тому же эта поездка была действительно прикольной с той точки зрения, что собрала весь, полный букет неприятностей, какие могут быть с группой, кроме разве что порчи или пропажи инструментов и разбитых пьянью фейсов(охраны ни на поле, ни на «курорте» не чувствовалось вовсе, похоже, что она бухала вместе с вышеописанными гопниками, если вообще не являлась ими). Этот опыт необходим любой группе и любому составу. Нам повезло, это произошло в подмосковной Яхроме, а не за тысячу километров от дома.

Однако история и сейчас не закончилась. Где-то через год я встретил этого своего шапочного дружбана. Оказалось, что в течение года этот «курорт» достраивался (как же это, открытие же состоялось!), а на данный момент(лето, 2004) почти что уже совсем навсегда таки готов и им требуется арт-директор. Данный пост был мне предложен с зарплатой в 700 «убитых европеоидов» плюс какие-то плюсы. Заинтересовавшись, я выяснил, что на этот раз все действительно серьезно — договора, шмоговора. Но что-то показалось подозрительным и я продолжил задавать вопросы, ответы на которые становились все более туманными и неохотными. Выяснилось: надо покупать аппарат и свет, да еще и хорошего качества, в помещение примерно на восемьсот-тысячу мест. Спрашиваю: сколько денег выделено. Ответ: шестьдесят тысяч(понятно чего). Но тут же комментарий: и на свет и на звук, причем эту сумму придется экономить. Настораживаюсь: сколько денег именно на аппарат, получаю ответ: тридцатку… но уложиться надо в восемнадцать тысяч. Интересуюсь: а куда это уходят двенадцать штук баксов? Четкого ответа не получаю: на то, на се… Начинаю понимать, что простым откатом здесь не пахнет, это похуже: люди планируют неизвестно куда (куда, как кто думает?) деть почти половину суммы и при этом найти крайнего за 700 у.е., чтобы тот их отмазал, купив более дешевый аппарат. Нехило? Вот такие вот дружбаны. Подставляться как-то не хотелось, так что я отказался сразу же. И с тех пор с этими людьми не общаюсь, выставив им твердый гонорар вдвое дороже обычного, чтобы точно не беспокоили.

Но во время этой поездки были и положительные моменты. Первый: познакомился с местными байкерами. Второй: вечером этого же дня познакомился с Хирургом, Президентом Night Wolves MG. Но этот факт уже не имеет к Яхроме никакого отношения.

Дмитрий Гурыч, 2004.

____________________________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ:
2001 — 2006, Часть 2: Лето 2003 — байкеры, скамейкеры и фигайкеры
2001 — 2006, Часть 3: Клубы. 2003-2004 гг.
2001 — 2006, Часть 4: Почему развалился третий состав